Тургеневские истории. Легенды и факты (с. Тургенево)

Сегодня документальный рассказ об основании Введенского храма в с. Тургенево.

В 1766 году в приход древней деревянной Введенской церкви входило само сельцо Везовна и сельцо Петровское (оба принадлежали Сухотиным). И если Петровское практически осталось на своем месте через века, то Везовна, бывшее значительно бОльшим селением, с несколькими слободами, не только сменило название, но и, по местным легендам, крестьяне переселялись. Везовна уже принадлежала нескольким помещикам «в общем владении», так как при межевании земель в 1776-1778 г. упоминаются: «секунд-майорша вдова действительного статского советника Прасковья Михайловна Тургенева и господина штат-канторы прокурор Николай Андреевич Молчанов и его жена Варвара Андреевна, майора князь Михайлы княже Иванова сына Оболенского жены его Марии Андреевны, ? (не прочитано) Алексея Матвеевича сына Сухотина вдовы помещицы Устиньи Федоровны дочери Сухотиной и малолетних детей ее секунд-майора Петра Ивановича Сухотина лейб-гвардии прапорщицы Елизаветы Петровны Тургеневой». (Ф. 291. Оп. 12/54. Д. 149)

Первая загадка о месте нахождения первой деревянной церкви в сельце Везовна: по местным легендам, первый деревянный храм находился там, где сейчас Красное Тургенево.

Первая, вновь построенная, церковь Прасковьей Михайловной Тургеневой в нашем селе была еще деревянная, но уже Введенская (Цитата: «На плане сельца Тургенева 1778 г. уже указана существовавшая тогда деревянная церковь. (РГАДА. Ф. 1354. Оп. 546. Д. 1) документ, из которого эта цитата, к сожалению, лично нами не изучен.

Во второй половине XVIII ст. была деревянная церковь во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы, что подтверждается сохранившимся доселе антиминсом 1784 г. эта дата говорит о том, что Введенская церковь была здесь до появления фамилии Тургеневых…).

Самый недостоверный (фантастически нереальный и не делающий чести Николаю Алексеевичу) момент в истории храма, рассказанный отцом Иоанном Казанским: «храмовая икона «Введения Б. Матери» дар Тургеневых — врезана в деке, с кованой, серебряно вызлащеной ризою, осыпанной по венцам жемчугом (серебро 84*, весом 6,0 фунт); о ней существует два рассказа: а) Николай Алексеевич Тургенев был когда-то бригадиром; оставив полковую жизнь, каким-то образом увез (украл ? — Т.Г.) икону из полковой церкви, а затем передал в созданный им храм (он не создавал храма — Т.Г.); более основателен и достоверен другой рассказ: б) икона родовая: «она сопровождала многих Тургеневых в бою; клонилась ли победа на их сторону, их ли побеждали, Тургеневы, при вере в покровительство Богоматери, всегда оставались невредимыми» (почти 3 кг в военных походах — значительный груз! — Т.Г.). Какие бы не существовали рассказы, они подтверждают только, что икона древнего происхождения. К сожалению этого нельзя проверить в данное время: икона поновлялась, а при поновлении могла утратить первоначальный свой тип.)

Итак, первая перестроенная Прасковьей Михайловной церковь, вероятнее всего, была устроена на старом месте. Построена быстро, значит, еще деревянная, как и та, что была в Богоявленском на Зарытом Верху.

«Коломенской епархии вновь построенная в прошлом 1784 (!!!) году по резолюции бываго преосвященного Феоктиста, епископа Севского и Брянского вдовствующей действительною статскою советницей Алексея Романовича Тургенева жены Прасковьи Михайловой дочери, находившийся прежде в приходе в с. Гунькове вторым священником, а ныне при оной вновь построенной церкви Введения во храм Пресвятой Богородицы священник Борис Михайлов, дьячок Григорий Тимофеев и пономарь Илья Борисов, после состоявшегося 1794 года июня 23 дня Ея Императорского Величества и в народе публикованного Указа дали сию сказку как о себе самих и своем семействе, так и находящихся при оной церкви священноцерковнослужителях и их семействах обоего пола исключая самомалолетних и престарелых по самой истине без всякой утайки, а буде кем впредь обличены или по свидетельству найдется что кого-либо утаили то повинны по Указам и штрафу без всякого милосердия.16.5.1795 г.» (Ревизская сказка. 1795 г. Ф. 1770. Оп. 1. Д. 421)

И вот новая загадка о строительстве храма: в 1785 году выдана новая? храмозданная грамота помещице действительной статской советнице Прасковье Михайловне Тургеневой от того ж Преосвященного ФЕОКТИСТА, епископа Севского и Брянского, а потом утвержденной Преосвященным Афанасием, епископом бывым Коломенским. (Ф. 1770. Оп. 1. Д. 469)

И в 1795 году в Ревизской сказке записано: «Коломенской епархии вновь построенная в прошлом 1784 (!!!) году по резолюции бываго преосвященного Феоктиста, епископа Севского и Брянского вдовствующей действительною статскою советницей Алексея Романовича Тургенева жены Прасковьи Михайловой дочери, находившийся прежде в приходе в с. Гунькове вторым священником, а ныне при оной вновь построенной церкви Введения Пресвятой Богородицы священник Борис Михайлов, дьячок Григорий Тимофеев и пономарь Илья Борисов, после состоявшегося 1794 года июня 23 дня Ея Императорского Величества и в народе публикованного Указа дали сию сказку как о себе самих и своем семействе, так и находящихся при оной церкви свящекнноцерковнослужителях и их семействах обоего пола исключая самомалолетних и престарелых по самой истине без всякой утайки, а буде кем впредь обличены или по свидетельству найдется что кого-либо утаили то повинны по Указам и штрафу без всякого милосердия.16.5.1795 г.»

В 1799 г. «церковь деревянного здания, в твердости, а вход каменный, здание строится, на построение дана Храмозданная грамота 1.12.1789 года, а началась стройка в 5 мая 1794 года, утварь и ризница исправны, из книг нет ежедневных поучений». (Ф. 1770. Оп. 2. Т. 2. Д. 3945)

Получается очень интересная история строительства Введенской церкви (как Благовещенской в Туле — которая была построена почти сразу на месте вновь построенной, но другим храмостроителем, наша же храмостроительница одна строит церковь на новом месте — Т.Г.). Значит (т.е., возможно!) Прасковья Михайловна построила сначала деревянную церковь, а через год начала строительство каменной церкви? В тоже наименование, а вот место строительства не указано. Почему? Какой смысл с сегодняшней точки зрения? В том, что первым был освящен Николаевский придел, мы (с помощью нашего священника о. Ярослава — Т.Г.) разобрались и объяснение этому нашли (Николай Угодник — покровитель рода Тургеневых — далее мы это убедительно доказываем). А вот новая информация о новом строительстве — пока не находит объяснений.

Комментарий про строительство нового каменного трехпридельного храма: 2-ой придел во имя родовой иконы Тургеневых Николая Угодника. Коллективное доказательство того, что родовой иконой Тургеневых была икона Николая Угодника: 1. легенда, как молилась мать о возвращении сына из плена пред иконой Николая Чудотворца и обещала построить одноименный храм, 2. имя Николай в роду Тургеневых – весомый аргумент в версию родовой иконы Николая Чудотворца, 3. первым был готов к освящению придел, посвященный Николаю Угоднику.

Прасковья Михайловна место под храм выбрала новое — возле усадьбы. Всё хорошо: кладбище осталось почти за селом, возле леса, красавец новый храм будет рядом, не надо ходить на горку… К сожалению, пока нет документов — как освящали новое место, как и куда использовали старое строение, поставили ли на месте святого алтаря памятный знак… (только в памяти народной через 200 лет останется указание на церковное поле — землю, где стояла старая церковь и принадлежавшую потом причту – Т.Г.). А эти документы, теоретически, просто обязаны были быть. Без этих предварительных действий строительство просто не могло начаться.

В 1780 году Николай Алексеевич Тургенев, уволенный от службы прапорщиком гвардии, остался при матери Прасковье Михайловне в Везовне, Тургенево тож.

К сожалению, церковь Прасковья Михайловна не достроила. И заросло травой-бурьяном святое место старой церкви, и не заладилось строительство нового храма. После смерти Прасковьи Михайловны сын ее Николай Алексеевич дотянув строительство приделов до видимого окончания, просил разрешения на освящение их, дабы можно было проводить службы: он просил выдать антиминсы для освещения приделов через 22 года после начала строительства в ноябре 1807 года.

Николай Алексеевич, которому приписывают строительство храма и возведение престола во имя его дочери – всего лишь продолжил строительство. Красивая фраза о. И. Казанского про благочестие Тургеневых – всего лишь желание угодить нынешнему хозяину или сподвигнуть его на такой же подвиг: «Построение храма было результатом религиозности благочестия Николая Алексеевича Тургенева; он строил не ради славы и выгод, лично являлся на кирпичные заводы, где пробовал каждый кирпич (как?! — Т.Г.), низменные побуждения не имели места, когда Н.А. Тургенев не пожалел даже продать одно из своих имений на постройку храма, записал И. Казанский. К сожалению, отец Иоанн не говорит: какое имение, а мы не нашли документов о продаже Тургеневым в эти годы никакого имения. Свою дочь Николай Алексеевич назовет именем матери Прасковья, имя этот будет местным – см. Списки жителей прихода, и одну из дочерей священник Говоров Владимир тоже назвал Прасковьей, которую крестил И.С. Тургенев.

А вот какой интересный документ о благосостоянии Тургенева А.Н., оставившего, кроме выделенного приданного наследства, еще и долги своим детям: «Чернского Уездного Исправника РАПОРТ. Во исполнение предписания, от 10 сего марта за № 1027, представляя при сем прошение поверенной наследников умершего Чернского землевладельца Алексея Николаевича Тургенева — Ольги Николаевны Никольской об отсрочке уплаты недоимок, числящихся на имении Тургенева при сельце Пыжове, Алексеевской волости, имею честь донести Губернскому Правлению, что на означенном имении Тургенева числится недоимок: государственного налога 199 руб. 51 коп., пени на них 40 руб. 74 коп., земского сбора 1407 руб 88 коп., пеня на них 821 руб. 9 коп. и дворянских повинностей 681 руб. 25 коп., а всего 3150 руб. 47 коп., ко взысканию которых необходимо принять меры, указанные в 23 ст. (Уст. о прим.) путем описи и продажи самой земли, так как в имении этом ни живого, ни мертвого инвентаря не имеется, земля же вся сдается крестьянам в арендное содержание по десятинно на один урожай и причитающиеся арендные платежи получаются ежегодно вперед; назначавшаяся же на 28 февраля сего года при Чернском Уездном Съезде продажа этого имения, как уведомил меня 14 сего Марта Судебный пристав Тульского окружного суда по Чернскому уезду, согласно заявления кредиторов, отменена. Подпись Чернский уездный исправник…» (Ф. 90. Оп. 1. Т. 1. Д. 37)

Доношение благочинного священника Сергея Соколова: «По данной прошлого 1785 года декабря 1 дня, того села Тургенева помещице действительной статской советнице Прасковье Михайловой Тургеневой храмозданной грамоте, от Преосвященного Феоктиста, Епископа Севского и Брянского и потом утвержденной Преосвященным Афанасием, Епископом бывым Коломенским, сыном ее Тургеневой лейб-гвардии прапорщиком Николаем Алексеевым построена (достроена!) в том селе Тургеневе вместо древянной каменная церковь в тож именование с приделами Чудотворца Николая и преподобной Параскевы, из которых ныне один Николаевский церковною утварью, ризницею и книгами снабжен довольно и совсем приуготовлен ко освящению, другой же Параскеевский в скором времени окончен быть имеет.» (Ф. 3. Оп. 18. Д. 370. Ф. 1770. Оп. 1. Д. 469)

22 ноября 1807 года освящен Николаевский придел, а Параскеевский 31 декабря, донес благочинный в Консисторию 8 января 1808 года.

Николай Алексеевич называет себя храмостроителем, хотя храмостроителем, обычно, считался тот, кто получал храмозданную грамоту. Именно по этому прошению и стали его величать храмостроителем.

***

В начале ХIХ века хозяином в с. Тургенево записан Николай Алексеевич Тургенев (17491833).

Отвлечемся на минутку для комментария некоторых тургеневских «легенд».

«Летопись», составленная священником Казанским И.В. через несколько десятилетий, рассказывает о строительстве церкви, об иконе, якобы родовой Тургеневых и некоторые другие истории. Как можно видеть из приводимых фактов, подтвержденных документами, не мог Николай Алексеевич ни строить церковь на проданные поместья (своих у него не было к моменту переселения в Тургенево – Т.Г.), тем более проверять каждый кирпич. Строительство после смерти Прасковьи Михайловны остановилось (так говорят документы!). Можно предположить, что некрасивую легенду о появлении (чтобы не сказать: о похищении – Т.Г.) полковой иконы и дарении ее в местный храм – никак не могло быть, как не могла Введенская икона быть родовой иконой Тургеневых, тем более такая украшенная и почти трех килограммовая не могла сопровождать Тургеневых в походах (мы уже знаем: кто из Тургеневых и где и как служил!).

***

Документально засвидетельствовано, что церковные документы: 1. копии с метрических записей, в церкви хранились с 1803 года; 2. Исповедные ведомости (с 1804) – тоже хранились в ризнице. А летописи – т.е. исторические записи не хранились, а отсылались в консисторию (ныне они хранятся в архиве, именно их мы изучали), вероятно, поэтому и не осталось в местных церковных записях сведений о первой храмостроительнице, а только те, которые были уже позже.

Вернемся к нашей истории.

Село перешло во владение следующему Тургеневу – Сергею Николаевичу Тургеневу только в 1820 году, когда он уже был женат на В.П. Лутовиновой.

Храмом Сергей Николаевич, естественно, не занимался, потому как здесь не жил. И к 1829 году «тесовая кровля приходит в ветхость, от чего происходит течь в своды, в коих появились уже небольшие разселины и чрез оные в некоторых местах проходит течь в самую церковь, а (об) окончании церкви прихожане не пекутся. Престолов в ней предположено быть три, в настоящей холодной – во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы, которого еще не имеется» (1829).

Клировые ведомости отмечают, что во все годы после женитьбы помещик Сергей Николаевич в селе не жил.

Усадьба опять пустовала, никто из господ Тургеневых до 1850 года здесь не жил, даже управляющий Николай Николаевич жил в Стекольной Слободке, где был небольшой господский дом с дворней. А тургеневская дворня, хоть и малым количеством, как и прежде, оставалась при господском доме в селе (24 муж. и 15 жен. душ).  (Ф. 3. Оп. 17. Д. 1053). Тургеневские крепостные крестьяне — это 27 дворов в самом селе, со 110 душ муж. пола и 124 душ жен. пола. (Ф. 3. Оп. 17. Д. 1051)

С 1851 года, по случаю раздела имения, поступивши во владение селом, надворный советник Николай Сергеевич Тургенев (Иван Сергеевич уступил свою законную наследованную половину села брату), получаемую причтом ругу уничтожил и отвел землю с изменением формы прежней земли: отрезал усадебной 5 десятин 1323 сажени, пашенной 28 десятин 1200 сажен, сенокоса с кустарниками 1 дес. 2277 сажен, выгона 1 дес. 900 сажен, всего 37 дес. 900 сажен. Плана и межевой книги на землю так и не было, поэтому, первое, что Николай Сергеевич сделал, «желая сблизить полевую и церковную землю с усадебною», для удобного проезда и с согласия причта и церковного старосты, он изменил форму земли.

Имеется карта, на которой указывается старая дорога и будущая новая дорога возле церкви (на стенде «история с. Тургенево» в музее «Бежин луг»).

После получения межевых документов Николай Сергеевич не только перепланировал село и сократил содержание причта, но он не стал достраивать храм на свои деньги (может быть, в целях экономии личных средств, о его скупости пишет Иван Сергеевич и говорят некоторые факты – Т.Г.). Он с женой долгое время даже не жил здесь (помните: «строит дом, а жить в нем не живет»… – Т.Г.), а жил в Спасском или в Москве и в Германии. (см. письма Ивана Сергеевича и отчеты о приходе).

… на исправление церкви помещиком села Н.С. Тургеневым в 1854 г. получено было из ТДК разрешение; на окончательную же отделку церкви настоящей из Консистории выдана книга для сбора доброхотных пожертвований«. В 1858 году служение проводилось всё еще в освященных приделах.

Настоящий храм холодный, остался внутри неотделанным, «отделка храма была завершена прихожанином генерал-майором Николаем Николаевичем Сухотиным при вспомогательных церковных средствах и пособии прочих прихожан, освящен 1861 года 3 сентября местным благочинным Захарием Турбиным. Стены оштукатурены были известью и покрыты приличными красками с изображением в куполе Святого Духа (об особой росписи упоминания нет). Каменная колокольня с 6 колоколами: в большем — 108 пудов, 23 фунта, а в самом малом — 1 пуд, 19 фунтов».

В приходе появляется чернский купец Чедаев А.В. (он свою фамилию писал через Е, но постепенно написание его фамилии сначала стало через А, а уже в наше время- пишется через АА – как Чаадаева), это тот купец, от которого Иван Сергеевич и не чаял получить деньги за проданную ему землю.

Ф. 3. Оп. 18. Д. 4351. О возобновлении Иконостаса в приделе церкви и многих других пожертованиях церковного старосты Чедаева рассказывают и многие документы.

Есть Опись вновь устроенного придельного храма во имя Преподобной Параскевы Чернского уезда Введенской церкви села Тургенева (1892 год).

Церковный староста Чедаев О.В. благоустраивал церковь — утеплял ее, для составления плана и разрешения строительства печей в храме приезжал архитектор Попов В.А. из г. Тулы, который, проверив все планы и натурно обследовав церковь, составил новый план церкви с указанием места устройства предполагаемых печей и дымовых каналов, и сделал заключение, что устройство печей «вполне возможно» (19.08.1888). Описание храма в это время подробное, с указанием состояния здания.

В 1930-е годы Введенская церковь утратила свое назначение. Стремительно убывала и ее красота, ибо как только не использовали ее! И под клуб, и под госпиталь в период войны, в ней хранили зерно в послевоенное время и даже устроили там склад едких удобрений, каковой находился там до последнего времени. Гибли прекрасные росписи, страшно глядели со стен пробитые пулями лики ангелов, святителей, самого Господа (одно время школьники на уроках военного дела упражнялись здесь в стрельбе, как в тире). (Тишина, С.А. Об истории Введенской церкви села Тургенево Чернского уезда Тульской губернии//Тургеневский ежегодник 2001 года – Орел, — 2002, с. 120)

Сейчас (уже несколько лет, с большими перерывами) идет восстановление Введенского храма… (2019 год)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *